Джедда — второй город Саудовской Аравии. Это крупный порт и перевалочный пункт для паломников в Мекку.

В отличие от серого Рияда, Джедда — настоящая арабская сказка, от красоты которой перехватывает дыхание.

Джедда

В литературе город обычно называется Джидда. Автор считает, что этой прекрасной столице совершенно не к лицу созвучность со словом «жид» или «жидкий». Поэтому мы будем называть её Джедда. И никак иначе.

По прибытии из Рияда в Джедду я впервые почувствовал на себе, что такое влажность воздуха. Эр-Рияд находится посреди пустыни, он полностью изолирован от любых водоемов, и поэтому невероятно засушлив. Жара в сорок градусов в Рияде совершенно не чувствуется. Примерно как двадцать пять градусов в Москве. Но Джедда, старинный порт у Красного моря, при той же самой температуре к полудню превращается в преисподнюю.

В Саудовской Аравии не принято носить шорты и футболки с коротким рукавом. Местные арабы и приезжие пакистанцы носят свои национальные одежды — длинные белые дишдаши или свободные штаны под льняную рубаху. Европейский турист так не походит. Приходится носить джинсы и рубашку с длинным рукавом.

О Аллах, как же невыносимо жарко в Джедде! Утром кажется, что жара не так страшна и организм уже привык к ней. Однако чем ближе к зениту поднимается палящее арабское солнце, тем сильнее атмосфера становится похожей на топку. Под толстой джинсовой тканью не просто жарко — все тело начинает гореть, как будто в штаны льют раскаленное олово. В полдень в Джедде так жарко, что уже через минуту хочется разрезать одежду ножницами.

Но когда попадаешь в старый город Джедды — забываешь обо всем.
Следующие два часа можно прогулять по невыносимой жаре и не заметить.
Так и ходишь как дурак, закинув голову вверх с открытым ртом.
Нигде в мире, за исключением, быть может, Йемена, больше не сохранилась настоящая арабская архитектура. Никаких слов не хватит, чтобы передать весь восторг и ошеломление.






Старый город Джедды называется Аль-Балад, что в переводе с арабского означает просто «город».
В середине прошлого века датский путешественник Йорген Бич посетил Саудовскую Аравию, рискуя жизнью. Даже сейчас в стране не жалуют фотографов, а тогда ему могли просто отрубить голову за тайный провоз фототехники. Чтобы проделать свое путешествие, Йорген замаскировался под араба: приобрел загар, оделся в национальную одежду и вставил в глаза карие линзы. Среди прочего, он посетил и Джедду. Вот как он описывает свои впечатления в книге «За аравийской чадрой».

Многие арабы сейчас стыдятся «древних сундуков», как они называют старые дома, и не понимают восторга иностранцев, любующихся многочисленными закрытыми балконами, словно приклеенными к стенам зданий.




На балконах сидят женщины, которые щебечут, словно попугаи, и смотрят через маленькие оконца на улицу, куда их самих выпускают крайне редко.
Конечно, эти дома гораздо менее прочные, чем современные здания из железобетона. Как и в других городах Саудовской Аравии, их строят из высушенной солнцем глины. И хотя осадки здесь выпадают очень редко, даже самые крепкие дома часто размокают под дождем и разваливаются как карточный домик.

Когда я был в Джедде, там как раз прошел ливень. Хотя каждый обитатель Джедды знает, что рано или поздно все равно будет дождь, он цепенеет, словно парализованный, когда первые капли начинают барабанить по земле. А в следующий миг он срывается с места и бежит домой, потому что дождь может быть сильным и тут уж лучше не спускать глаз со своих глиняных построек.
В Джедде всюду кипит пестрая цветастая жизнь, но особенно пестрая она в небольших лавчонках, разбросанных по всему городу. Заглянуть в такую лавчонку — это все равно что бросить взгляд в черную пасть огромного чудовища.

В одной пасти сверкают при слабом свете чьи-то глаза, а под ними на столе лежит кастрюля, которую сейчас будут лудить. Из другой пасти доносится громкий смех, но никого не видно, словно хохочет весь дом.
И куда ни бросишь взгляд, в разноцветной мозаике людской толпы всюду мелькают зеленые чалмы мусульманской полиции. Главная задача полиции — следить за тем, чтобы правоверные возносили молитвы пять раз в день, когда с высоты минарета раздается крик муэдзина.

Но ведь и Джедду не миновал технический прогресс, и муэдзин нередко приглашает мусульман к молитве, предварительно записав свой пламенный призыв на магнитофонную ленту. Порой техника отказывает, и тогда громкоговоритель путает часы молитвы или вдруг обрушивает на правоверных брань и проклятия, которые совсем недавно изрыгал мастер по ремонту магнитофонов.

А фанатики-полицейские бегают взад и вперед и вопят: «На молитву, на молитву!» Владельцам лавчонок и их посетителям следует, не теряя времени, бежать в мечеть; если же они замешкаются, им придется познакомиться с дубинками, которыми снабжены полицейские.
Зато нигде я не видел такого разнообразия товаров, как в Джедде. И все товары наивысшего качества!

Здесь и роскошные позолоченные кресла по 2 тысячи крон за штуку, и золотые тарелки, и прекрасные часы, и шелк, привезенный прямо из Китая, и тончайшие заморские пуховые платки (в которые местные торговцы еще добавляют золотые нити), и электрические велосипедные гудки.
Старые дома, которые в результате многовекового чужеземного владычества почти все носят отпечаток древнетюркского стиля, теперь быстро уступают место новым железобетонным зданиям, причем роскошь и монументальность стараются в какой-то мере восполнить однообразие и отсутствие национального колорита.

Конечно, предпринимаются попытки украсить эти здания арками и стрельчатыми окнами в древнетюркском стиле, но выглядит все это как жалкое подражание чужим образцам и по существу противоречит как традиционному национальному стилю, так и современному функционализму.
Но старая часть города по-прежнему состоит из живописных, как театральные кулисы; домов с закрытыми балконами; именно такими, по нашим представлениям, должны быть дома в Саудовской Аравии.


Как писал Йорген Бич, арабы не понимают всей красоты Джедды. Из исторической части города состоятельные жители давно переселились, в результате здесь живут только бедняки.
До недавних пор Аль-Балад так и разваливался под тяжестью времени. Должно быть, здесь ничего не менялось еще с тех самых пор, как Йорген посетил страну. Его путешествие было в 1960 году, а фотографии до сих пор идеально подходят под текст.

Сейчас старая Джедда в запустении. Многие дома брошены и обречены на снос.
Здесь уже никто не живет и вряд ли будет жить.
Но есть и хорошие новости. Не так давно просвещенные люди в Саудовской Аравии все-таки поняли, что у них под носом находится настоящее архитектурное сокровище. Несколько лет назад Аль-Балад был включен в список наследия Юнеско, а правительство стало выделять миллионы долларов на восстановление исторического центра.

И вложения уже начали давать результаты. Со старых домов аккуратно сняли деревянные балконы и облицовку. Еще недавно самый красивый дом в Джедде был весь в резных узорах.
Теперь он стоит со стянутой кожей, а вокруг трудятся рабочие.
Скорее всего через несколько лет его облицуют по новой. Некоторые дома в Джедде уже обновлены. И надо сказать, что арабы блестяще справляются с реконструкцией! Новые деревянные балконы ничем — совершенно ничем не отличаются от старых. Невероятно, что мастерам удалось сохранить технику резки без изменений на протяжении нескольких веков.
Поэтому есть все надежды, что старая Джедда вновь будет живым, колоритным городом, способным привлекать множество туристов. Осталось лишь открыть саму Аравию для посещения.


Новая Джедда

Смею заверить: вся остальная Джедда вместе взятая не стоит и десятой части старого города. В Джедде нет заметных небоскребов. Так, стоит несколько башен на отшибе города. К 2020 году здесь планируют построить самый высокий небоскреб в мире, но есть подозрение, что денег не хватит.
А пока единственная достопримечательность в Джедде — это могила Евы. Мусульмане считают, что первая женщина похоронена именно здесь. Якобы даже название Джедда созвучно с арабским словом «бабушка».

Кладбище Евы оказалось открыто для посещения только мусульманам. Пришлось поэтому залезть на трансформаторную будку и сделать снимок кладбища через забор. Ничего интересного там, конечно, не оказалось.
В отличие от Рияда, Джедда очень свободный город. Можно даже сказать либеральный. Это курортный город у моря с множеством отелей и пляжей. Здесь даже зажатые арабы порой залезают в море.
По набережной многие свободно ходят в футболках и даже в шортах.
Да и на камеру в Джедде никто не обращает внимания.
Посмотреть на закат к набережной каждый день приходит очень много людей. Это такая отдушина в жаркой и сухой пустыне, здесь каждый чувствует себя хорошо.
А еще в Джедде находится самый большой фонтан в мире — фонтан короля Фахда. Вода из него выбрасывается на 120 метров вверх, а одновременно в воздухе находится почти 20 тонн воды.