Туристическая Армения

Армения — очень маленькая страна. Площадь страны всего 30 тысяч квадратных километров. Площадь Московской области — 45 тысяч квадратных километров.

Когда-то все было совершенно иначе. Давным давно, с –4 по 5 век существовала Армянская империя, или, как её чаще всего называют, Великая Армения. В период своего расцвета при царе Тигране Втором армянское государство ненадолго стало сильнейшей империей мира. Границы Армянской империи доходили до самой реки Иордан. Армения Тиграна и зона её влияния включали в себя часть Ирана, почти всю Сирию, Палестину и Израиль, приличный кусок Турции и всю территорию Закавказья.

При Тигране Втором Армянская империя разрослась до немыслимой площади в 1 миллион квадратных километров. С запада на Армению давил Рим, с юга — Парфия. Вспыхнув на мировой карте, Великая Армения в границах Тиграна Второго просуществовала всего 30 лет, после чего сгинула. Первые потери завоеванных земель начались уже при самом Тигране. Следующие правители теряли влияние еще быстрее, пока в 387 году Армению не поделили на две части Иран и Рим.

С тех пор Армения едва ли была в полной мере независимой. В разное время страна была под контролем Римской империи, Персии, Византии, Арабского халифата, Монголии, Турции, Российской империи и СССР. Сегодняшняя независимость Армении длится микроскопически недолго по сравнению с её безумно длинной историей. Конечно, армяне сожалеют об утраченном величии. На одной станции метро даже нашлась карта былой империи.

Сегодняшняя Армения на целую треть меньше Московской области. То есть некоторые жители Подмосковья дольше едут на работу, чем армяне едут из одного конца страны в другой. Поэтому посмотреть целую страну легко можно за несколько дней. Для этого достаточно найти хорошего таксиста и договориться с ним о национальном туре.

Так я и поступил. Таксист по имени Серян Петросян два дня возил меня по всей стране и даже пригласил к себе домой на обед. Тур обошелся мне всего в шесть тысяч рублей. А встретил я его в Эчмиадзине.

Эчмиадзин

Эчмиадзин — это главный монастырь всей армянской церкви.

Находится он в городе Вагаршапат в 20 километрах от центра Еревана. Это самая популярная достопримечательность Армении, туристы едут сюда потоком. Монастырь входит в список всемирного наследия Юнеско.

Обзор начинается с круглой церкви, стоящей прямо на входе в Эчмиадзин. Кажется, будто эта церковь построена в стародавние времена каким-нибудь знакомым архитектора Пизанской башни. На самом деле её построил местный богач-благотворитель в 2007 году.

Куда интереснее здание семинарии — 1874 год. Здесь учат армянских попов.

Во дворе монастыря стоит древний крест в камне, который датируется 1563 годом. Такие кресты называются «хачкар». На армянском языке «хач» означает «крест», а «кар» — камень. Этимология слова «хач», которым в России называют выходцев из всех южных республик, сводится именно сюда.

Сразу за крестом находится ухоженный монастырский садик, в конце которого стоит кафедральный собор Эчмиадзин.

Собор оказался закрыт на ремонт. Подходящее время: пандемия, туристов мало. Но мне-то что делать?

Собор построил царь Армении по имени Трдат Третий. Эчмиадзин начали строить в 303 году. Как раз в это время Армения приняла христианство — первая среди всех стран. Эчмиадзинский собор — один из самых старых христианских соборов в мире.

Как и в любом подобном соборе, в Эчмиадзине хранятся христианские реликвии. Кроме куска Ноевого ковчега и чьих-то мощей, в Эчмиадзине хранится копье, которым якобы проткнули Иисуса Христа в момент распятия на кресте.

После крещения Армении в монастыре обосновался её креститель — Григорий. Для него построили роскошную резиденцию. Сейчас на территории монастыря находится резиденция современного патриарха Армении. Пройти к ней нельзя, но можно посмотреть через забор.

В остальном монастырь совершенно не интересен, если только читатель не изучает историю армянской церкви. Делать здесь совершенно нечего. Стоят какие-то древние кресты.

Древние арки стоят.

Древний воздух в древних кельи охлаждают древние кондиционеры.

С древних стен взирают на посетителя древние надписи «Тут был Назарян»

Как это часто бывает с раскрученными точками, Эчмиадзин — абсолютно коммерческое, пресное явление. В Армении есть места гораздо интереснее.

Из Эчмиадзина можно легко добраться до местечка под названием Хор Вирап, откуда хорошо видно гору Арарат. Проще всего доехать на такси. Поездка займет минут сорок, а стоить будет меньше тысячи рублей.

— Меня зовут Серян, — Представился водитель Яндекс-такси, — А вас как?
— Андрей.

Серян оказался полным, смуглым, почти полностью поседевшим, добродушной армянской наружности улыбчивым мужчиной лет пятидесяти. Разговор с Серяном завязался сразу и постепенно перетек из одной поездки в следующую, а затем и в целое путешествие по Армении.

— Андрей, вам потом куда из Хор Вирапа?
— Хотел в Гарни и Гегард.
— Андрей, давайте договоримся. Я вас туда отвезу. Только вы стоимость скажите сразу.
— Хорошо. Серян, а вы были в Хор Вирапе?
— Был, очень давно. Это старый монастырь. Там яма есть, куда сбросили Григория. Царь хотел его убить. Держал, держал его в этой яме. Приходит через 13 лет, а этот ублюдок все никак не помирает!

С этими словами Серян разразился таким заливистым хохотом, что я едва не подавился от смеха. Через минуту он отсмеялся, вытер слезу, и добавил: «А потом он из ямы вылез, этот Григорий, и Армению крестил!» — и снова взвыл от смеха так, что едва держал руль. Придя в себя, Серян продолжил, чем окончательно меня добил:

— Кстати, фамилия моя Петросян. Серян Петросян. Андрей-джан, вы любите Петросяна?
— Безумно. Но все-таки больше Мартиросяна люблю.
— Мартиросяна мы все в Армении любим. Он многое добился. Я так думаю! Андрей-джан, а вы откуда?
— Красногорск. Московская область.
— Я там был, в Красногорск. Такое хорошее место, м. Я всех спрашиваю: где ты хочешь жить, джан? Все отвечают: в Красногорск хочу жить.

Невозможно было сказать, шутит Серян или говорит всерьез. Похоже, я столкнулся с феноменом армянского юмора. Серян говорил настолько стереотипно, что, казалось, он только что вернулся со съемок «Мимино».

— Андрей-джан, я как-то в Сочи работал. В ресторан грузинский захожу, там меня грузин встречает: «Вай, проходи, садись, дорогой Серян, генацвале». Я сажусь, он мне приносит меню и говорит: «Серян, генацвале, армянская кухня — первое место в мире занимает! А вы знаете, какая кухня на втором месте?». Я говорю: «Неужели грузинская?». Он отвечает: «Нет, китайская!».
— Серян, это гениально. Точно как в «Мимино».
— Мне жена говорит, что я на Фрунзика похож. Я так думаю.

Хор Вирап

Атмосфера Армении была затянута дымкой. Ясная погода здесь бывает редко, в основном зимой, когда нет такой жары. По мере приближения к Хор Вирапу сквозь дымку стал проступать силуэт какой-то горы.

— Серян, это Арарат?
— Где? Не вижу. Совсем слепой стал.
— Вроде он из Хор Вирапа должен быть виден?
— Да, ближе всего. Сам Арарат в Турции теперь. Какая несправедливость! Знаете, Андрей-джан, Турция однажды сказала, чтобы мы с герба убрали Арарат. Посол советский возразил: «Вы тогда Луну со своего флага уберите».
— Потрясающе.
— Да, несправедливо. А я как-то стоял совсем близко у Арарата. И испугался. Очень сильно. Какой-то зловещий он. Я так думаю.

Гора, которая показалась мне Араратом, постепенно начала выделяться из общего пейзажа. Вокруг нее был странный фон, чуть темнее остальной части неба. Этот фон занимал половину неба и становился все более темным.

Когда, наконец, на краешке фона проступили два характерных излома, я понял, что это был не фон. Это был Арарат. Гора же, которая мне показалась Араратом изначально, была лишь кучей мусора на каком-то карьере.

Хор Вирап — исключительное место в Армении.

Это древний монастырь, первую часовню которого построили в 642 году. До этого на месте монастыря находилась подземная тюрьма. Должно быть, тюрьма гораздо старше монастыря и существовала уже за несколько веков до его постройки.

Хор Вирап знаменит тем, что именно в его подземную тюрьму сбросили Григория Просветителя — того самого, который обратил Армению в христианство и стал её первым патриархом.

Христианство в Армении, хотя и существовало к тому времени почти два века, являлось религиозной сектой и уделом немногих проповедников. Большую популярность получил сторонник этой секты, представлявшийся именем Григорий.

Сейчас он известен под различными псевдонимами: Григор Лусарович или Григориос Фостир. Все это лишь переводы одного и того же слова. Псевдоним «Лусарович» образован от армянского корня «лус», а «Фостир» — от греческого корня «фос». Оба слова означают «свет». Поэтому русский псевдоним — Григорий Просветитель — лишь калька-перевод с греческого или армянского. Настоящее же имя этого человека неизвестно.

Зато известна правдоподобная легенда, связанная с его деятельностью.

Популярность Григория оказалась достаточно велика, чтобы с ним начал бороться царь Армении — Трдат Третий. По одной из версий, Григорий отказался совершать обряд жертвоприношения во время языческой службы, проводимой царем. Трдат объявил Григория сыном убийцы своего отца, царя Хосрова Второго. Под этим предлогом Григория поместили в подземную тюрьму Хор Вирап. Одновременно с этим в Армении началось массовое преследование членов христианской секты.

Григорий провел в тюрьме около 14 лет. Согласно преданию, царь Трдат захотел взять в жены девушку по имени Рипсимэ, которая вместе со своими сподвижницами бежала в Армению из-за домогательств римского императора Диоклетиана. Рипсимэ отвергнула Трдата, за что была казнена вместе с подругами — всего 33 человека.

Трдат же при невыясненных обстоятельствах превратился в кабана.

Скорее всего, под превращением в кабана в рассказе армянского историка Агафангела описано некое психическое заболевание. Вероятно, это была зооантропия. Больному, страдающему таким расстройством, кажется, что он может превращаться в зверя.

Обычно в качестве зверя выбирается волк, и к этому расстройству сводятся легенды про оборотней. Но клинической практикой описаны «превращения» не только в волков, но и в гиен, котов, лошадей, тигров, птиц, лягушек и даже пчел. Так что помешательство Трдата скорее всего было острым эпизодом зооантропии на фоне шизофрении или другой хронической болезни психики.

За лечением Трдат решил обратиться к Григорию. Удивительным образом симптомы зоотропии прошли. Возможно, это было совпадением. Еще вероятнее, что Трдат заработал серьезную паранойю из-за того, что посадил в тюрьму потенциального святого. Паранойя могла пройти просто из-за факта освобождения Григория.

Так или иначе, после исцеления Трдата от зоотропии царь решил, что шизофренией болеет вся страна, и решил крестить Армению, а Григория сделать первым армянским патриархом.

Произошло крещение в 301 году. Армения стала первой страной, принявшей христианство на государственном уровне. Теперь начались преследования язычников, да с еще большей страстью, чем репрессии христиан.

Ну, а на месте бывшей подземной темницы в 642 году построили первую часовню. Позже часовня много раз перестраивалась, к ней присоединялись другие постройки, пока не получился маленький монастырь.

Хор Вирап находится у самой границы Армении. До Турции чуть больше километра. На фоне монастыря едва виден силуэт горы Арарат.

Увидеть Арарат во всей красе — редкая удача. Чаще всего атмосфера затянута дымкой. Когда воздух кристально чист, Хор Вирап выглядит так:

В центре монастыря находится церковь середины 17-го века.

В церкви потрясающе красиво. Через маленькое окно проникает солнечный свет. Из-за дыма от свечей в воздухе горит световой конус, который смотрится божественным чудом на фоне икон и фресок.

Сохранилась и часовня, надстроенная над подземной тюрьмой. Внутри неё, справа от алтаря, имеется пролом в стене, который ведет в подземную темницу.

Лестница уходит на глубину около 6 метров. По землей находится круглое помещение — одиночная камера. На потолке висит церковная люстра, а на стене — большая икона с Григорием.

Я вышел из Хор Вирапа и сел в такси Серяна. Дорога из Хор Вирапа в Гарни занимает час, а идет по совершенно невероятным местам. Центральная Армения напоминает Палестину, с ее петляющими между гор дорогами, скудной растительностью и невероятной жарой.

Гарни

Гарни — это старый языческий храм, который построил в 77 году царь Трдат Первый. Еще на подходе к месту видно, что храм сильно напоминает греческую архитектуру.

Греческий стиль — не совпадение. Гарни построили в период расцвета эллинизма в Армении. Если эллинизм уже закончился на Средиземном море до рождения Христа, то в Армении он продержался еще три столетия в нашей эре.

Гарни — сногсшибательное место. Не верится, что это Армения. Чистейшая Греция.

В 1679 году исходный храм разрушило землетрясение. В советское время его восстановили из руин. Можно сказать, что оригинал.

Гегард

— Серян, а как в Армении сейчас обстоят дела? У вас кризис?
— Андрей-джан, плохо очень у нас. Кризис, да. Из страны все уезжают, здесь делать нечего. Работы нет. Мы войну проиграли, вы слышали ведь. У нас Арцах отбили, мы глазом не успели моргнуть. Собака Пашинян все просрал.
— Я слышал, что он хороший президент, это не так?
— Как он может быть хорошим? Он же с улицы пришел, кто это вообще, журналист. Как он премьером может быть, Андрей-джан? Он же ничего не понимает.
— Да, Карабах действительно потеряли очень быстро. На этой войне погибло много людей.
— Много погибло людей, а ради чего? Чтобы все обратно вернуть? Понимаете, Андрей-джан, Азербайджан — это ведь турки. Османская империя. Эрдоган владеет мощнейшей армией в мире, сильнее только Россия, Китай и США. Азербайджан финансируется Турцией, сами бы они ничего не смогли. Теперь что? Арцах отбили, между Арцахом и Нахичеваном клин. Война может быть.
— Какой клин, Серян?
— Андрей-джан, откройте карту, посмотрите. Нахичеван слева, Арцах справа. Между ними Сюникская область Армении. Что сделает Турция дальше? Попытается эту область захватить, чтобы соединить Нахичеван и Арцах. Понимаете, Эрдоган хочет Османскую империю восстановить. Там дальше что за морем? Туркменистан, Казахстан. Армения мешает, вот этот маленький клин — он как заноза для Эрдогана. Я так думаю.

Довольно недалеко от Гарни находится старый армянский монастырь Гегард, который входит в список всемирного наследия Юнеско. Несмотря на схожесть названия и территориальную близость, ничего общего между Гарни и Гегардом нет. Гегард — не языческий, а христианский храм.

Согласно легенде, первую версию Гегарда построил в 4 веке сам Григорий, креститель Армении. Затем в 9 веке его разрушили арабы. После падения арабского халифата храм начали восстанавливать. Современная церковь построена в 1215 году.

Гегард находится в горах. О приближении к монастырю узнаешь издалека. Его видно по большим металлическим крестам, вбитым в окружающие скалы и блестящим на солнце.

Церковь на реконструкции.

На стенах барельефы с животными.

Вход в церковь.

Внутри — просто полный отвал башки. Гегард — это какая-то смесь христианской церкви и языческих пристанищ в горах.

Единственное место в мире, где я видел нечто похожее — храмовый комплекс Ангкор-Ват, в котором снимали «Лару Крофт».

С одной стороны, в христианстве нет запрета на изображение животных в храмах. С другой стороны, ощущение такое, будто попал в древний Вавилон.

Крестов на стенах тоже хоть отбавляй.

Не все туристы замечают небольшую лесенку — она находится на выходе из церкви. Если подняться по ней, то можно зайти на второй этаж храма. Здесь находится большой просторный зал с открытым куполом.

На колоннах выточены кресты и надписи на староармянском.

В соседней скале находится небольшая пещерная церковь. Внутри скромный алтарь. Здесь же находятся и пещерные кельи, в которых жили монахи. Изначально Гегард назывался «Айриванк», что в переводе означает «пещерный монастырь».

Название «Гегард» происходит от староармянского слова «копье». Согласно легенде, здесь хранилось копье, которым пронзили Иисуса Христа во время распятия на кресте.

Сейчас уникальное копье находится в другом армянском монастыре Эчмиадзин. Еще одно находится в Ватикане. Третье лежит в Венском дворце. Четвертое... ну, вы поняли.

Севан

Я думал, что путешествие с Серяном закончится в Гегарде. Дальше на пути был Ереван. Серян же вдруг сделал мне предложение, от которого я не мог отказаться. Как всегда, в лучших традициях «Мимино».

— Андрей-джан, вы долма любите?
— Конечно люблю.
— Андрей-джан, а хотите я сейчас своей жена позвоню и мы поедем ко мне домой долма кушать?
— Конечно хочу!
— Вы только скажите, сегодня или завтра? Вы хотите еще куда-то поехать?
— Завтра я хотел поехать в Дилижан. По пути хотел заехать в Севан. И там далее есть село Фиолетово, где живут молокане.
— Вы к молоконам хотите заехать? Нам по пути будет. Давайте я вас завтра отвезу в Севан, потом в Дилижан, потом к молоканам, а потом вы у меня долма покушаете? Я живу в Ванадзор. Это город.
— С удовольствием, Серян! Сколько будет стоить?
— Андрей-джан, вы подумайте и мне сами скажите. А то вот в Гарни я вам сказал, а получилось мало. Вы поищите в интернете, сколько обычно стоит. Только вы хорошо поищите.

На следующий день Серян заехал за мной в отель, и из Еревана наше путешествие продолжилось. По пути в Дилижан находится озеро Севан и прилегающий к нему город с таким же названием. Севан — самое большое озеро на Кавказе.

При озере есть небольшой полуостров, на котором находятся остатки старого монастыря. Вот эта церковь построена в 874 году.

А эта вообще в 305. Такие цифры для Армении — обычное дело.

Севан — самое популярное туристическое место в Армении. Задерживаться здесь, впрочем, нет особого смысла. За горным хребтом расположен город Дилижан, в лесах которого находится несколько древних монастырей.

Джухтакванк

Джухтакванк — небольшой монастырь рядом с Дилижаном.

Находится этот монастырь в лесу, а ведет к нему небольшая, усеянная ямами дорога. Хотя монастырь указан во многих путеводителях по Армении, место совсем не туристическое. Монастырь слишком маленький, чтобы специально сюда приезжать.

Джухтакванк зарос так сильно, что его едва можно разглядеть среди деревьев.

Название «Джухтакванк» образовано от слова «джух», что в переводе означает «пара». Слово «ванк» означает собственно «монастырь». Таким образом, название в переводе значит «пара монастырей».

И действительно: рядом с первым храмом стоит второй, еще меньше.

В храм ведут ветхие двери, снабженные незамысловатой железной калиткой.

Внутри находится алтарь. Стены выдают древность постройки: это 1200 год.

Рядом со входом в храм обнаружилась пугающая находка. В камне пробита ниша, которая напоминает жертвенник. В нише оказалась кровь. Присмотревшись, я увидел остатки перьев. Похоже, в Дилижане до сих пор живут язычники. Кто-то принес в жертву курицу рядом с древним храмом.

Жутковато было находиться в этом месте, одному, в гуще леса. Внутри второго храма оказалось совсем темно. В нем также нашелся простенький алтарь. Стены совсем черные от копоти. Слева и справа от алтаря находятся ниши в стене, которые использовались для молитвы.

Рядом с Джухтакванком находится еще один такой же монастырь — Матосаванк. Выглядит он точно так же и построен в те же годы, поэтому никакого смысла осматривать оба монастыря нет.

Ванадзор. Обед у Серяна

По пути из Дилижана в Ванадзор находится деревня Фиолетово, в которой живет религиозная община молокан. История о них заслуживает отдельного рассказа. В этой части расскажу только о том, как Серян решил купить у молокан капусты к нашему столу.

— Андрей-джан, зачем вы к молоканам хотите?
— Я случайно про них услышал перед самым вылетом. Мне интересно, как они живут.
— Вы знаете, они очень странные. Ни с кем не общаются, замкнутые, подозрительные все. У нас верят, что они колдуны. Они носят такие бороды длинные, они еще в конце раздваиваются, как у черта.
— Серян, вы встречались с молоканами?
— Да, они торгуют капустой у дороги. Я однажды у них покупал. Вкусная, зараза. Такой нигде нет, что-то они туда добавляют. Знаете, я вам историю хочу рассказать. У меня друг к ним приехал, хотел купить кусок мяса. Он их страшно боялся, потому что верил, что они его заколдовать могут. Так вот покупает и спрашивает, а мясо не заколдованное? Так дед молоканский взял да из бороды волосы вырвал. И в мясо воткнул. И говорит: ТРАХ-ТИБИДОХ-ТИБИДОХ! Тот испугался, да как заорет: «Ах еб твою мать!», достал нож и гонялся за дедом. Думал, он на него проклятье наложил, еле успокоили.

Серян взрывается хриплым хохотом, и вместе с ним взрываюсь я. От смеха у Серяна, видимо, темнеет в глазах и слабеют руки. Он заливается смехом с такой силой, что на секунду даже выпускает руль, и чуть не попадает в аварию.

На съезде в село Фиолетово действительно стоит палатка с квашеной капустой. Серян покупает баночку у молоканина и с довольным видом везет меня до Ванадзора.

Ванадзор — третий по величине город Армении. В городе живет 90 тысяч человек. В центре города находится просторная площадь, а окружают его горы.

Ванадзор в советское время был индустриальным центром. В городе десяток заводов, институты и предприятия. Сейчас город медленно загибается, как и любой промышленный центр времен СССР.

Серян родился в Ванадзоре и переехал в Эчмиадзин. В Ванадзоре живет его семья: старая мама, жена и два сына. Дом Серяна находится в самом центре Ванадзора, но сам дом старый и ветхий. Его построили еще в 1929 году.

Планировка квартиры Серяна весьма обычная для тех лет. В центре квартиры находится просторная гостиная. С одной стороны расположены две спальни, с другой — кухня с выходом на балкон. Есть также узенький проем, который ведет к ванной, совмещенной с туалетом.

На полу гостиной лежал старый палас, который был втоптан в деревянный пол так сильно, что сливался с ним. Стены были белые и пустые. Лишь на одной стене висели календари и зеркало. У неё же стоял старый телевизор с электронно-лучевым экраном и гигантскими динамиками в половину панели.

По сторонам гостиной стояла неказистая мебель. В углу ютилось инвалидное кресло. На диване лежала старая, седая женщина — мама Серяна, которой было 80 лет.

Обстановка в квартире оказалась столь же небогатой, сколь богатым оказался обед. Встречали меня как Чичикова в доме губернатора. К столу подали: минеральную воду, компот из алычи собственного приготовления, огромную долму размером с голубцы, завернутую в капустный лист, нарезку красных и зеленых сладких перцев, загадочной формы хрустящие картофельные пирожки, фаршированные баклажаны, свежую петрушку, кусок соленого масла, чудовищно соленый козий сыр с невероятным душком и изюминку стола — квашенную капусту, купленную у молокан.

Серян провел меня в гостиную и представил: «Андрей-джан, угощайтесь. Это моя мама, она инвалид, с трудом уже ходит. А это мой сын, он вот закончил школу и поступил в институт».

Мама приподнялась с кровати и что-то начала рассказывать на армянском, быстро сообразив, что понимаю я только по-русски.

— Андрей-джан, мне уже восемьдесят лет, я плохо вижу и почти не хожу. Как вам, вкусно?
— Спасибо, очень вкусно. Вы давно здесь живете?
— Давно, давно. Как дом построили. Я раньше в Москву ездила, оттуда привозила кучу всего. Сейчас уже не могу.
— Как в Армении было при СССР, лучше чем сейчас?
— По-другому было. Купить ничего нельзя было, только достать. У всех знакомые были кто где: директор магазина, начальник цеха. Постоянно что-то доставали. Так что все было. А вот медицина лучше была. Сейчас на таблетки знаете сколько уходит, половина пенсии, Андрей-джан.

В разговор вступил Серян.

— Андрей-джан, вы же знаете, армянская диаспора самая большая в мире. У меня знакомые везде. Один в Америке, другой в Германии. Я сам в девяностые работал в Испании на тракторе. Мне не понравилось там жить, вернулся. Теперь думаю, что зря. Сестра моя в Германии живет, другая в Голландии. Дядя есть в Америке. В Москве вообще все с кем я дружил в детстве.
— Почему же вы не уедете?
— Да потому что денег нет. Я играю в грин-карту, пытаюсь выиграть. Может быть уеду. Понимаете, Андрей-джан, здесь нет уважения к человеческому труду. Там что таксист, что бизнесмен — тебя уважают. Здесь если ты таксист, то ты ничтожество. А знаете, как я спину горбачу на этом такси? Я таким раньше не был, это от работы растолстел. Не знаю, как похудеть. Мы очень много хлеба едим. На хорошие продукты денег нет.

К концу дня Серян заметно погрустнел. Заметно было, как он устал от поездки. От изначального заливистого смеха и анекдотов не осталось и следа, а улыбка стала натянутой.

По дороге из Ванадзора в Ереван попадается крохотное село Цилкар. От села одно название. Скорее это поселение, стоянка первобытных людей.

Дорогу преграждает стадо овец.

В лучах закатного солнца виднеется странный купол в виде конуса со звездой на макушке.

— Серян, что это?
— Это храм езидов. Они здесь живут.
— Езиды? Это ведь народ из Курдистана, как они оказались в Армении?
— Здесь в основном беженцы, спасались от Саддама и ИГИЛ. В Армении есть еще какой-то город, где они живут. Сейчас не вспомню.

Я ищу информацию о езидских поселениях. Оказывается, в Армении находится крупнейший езидский храм в мире! Добавляю город Акналич в план поездки.

Солнце начинает садиться, и Серян прибавляет газу, чтобы успеть доехать в Ереван до темноты. Горные дороги в Армении очень опасные. Освещения нет, как нет и разделительной полосы.

Совсем уставший Серян косится на мой айфон последней модели и тяжело вздыхает.

— Андрей-джан, скажите, на кого я похож?
— Вы? На Насима Талеба.
— А кто это?
— Это такой философ, Серян-джан. Специалист по теории вероятностей.
— Хороший?
— Один из умнейших людей, Серян-джан.

Серян открывает на своем старом телефоне Ютуб и печатает в поиске: «Насим Талеб». Смотрит. Действительно похож. На лице Серяна проступает улыбка.

Люди любят быть похожими на кого-то известного. Это дает им чувство сопричастности.